В апреле Азербайджан шокировало самоубийство 14-летней Элины Гаджиевой, ставшей жертвой школьной травли. Смерть девочки возмутила общество еще и потому, что руководство школы допрашивало еще живую Элину, скорую помощь вызвали лишь через два часа, а родителей больше суток не пускали к дочери в больницу. Ее история привлекла внимание к проблемам, о которых в Азербайджане было не принято говорить. По стечению обстоятельств все события, связанные с самоубийством девочки, попали на видео, мгновенно распространившиеся в соцсетях.
Камера видеонаблюдения. Школьный коридор
4 апреля, около 9 утра, перемена. По коридору вдоль окон не спеша проходит девочка. Она останавливается и смотрит на улицу. Никто не обращает на нее внимания. Слишком поздно ее заметит младшеклассник, и через несколько минут ее, еле живую, найдут на площадке перед школой.
Элина Гаджиева была новенькой; по рассказам одноклассницы, с ней никто не дружил. Единственная ее подруга из параллельного класса Наргиз (имя изменено) рассказывает, что Элину часто били другие ученики, в том числе из старших классов. "Когда она плакала в туалете, другие девочки над ней смеялись, - вспоминает Наргиз. - Я видела, как ее бил одиннадцатиклассник, видела, как ее унижали, толкали. Например, когда она шла по коридору, десять человек могли подойти, плюнуть или отнять очки".
Мать Элины, Севиль Гусейнова, говорит, что жаловалась на травлю дочери директору, но та не принимала никаких мер, утверждая, что по школе развешены камеры и все под контролем. "Когда я [после смерти Элины] попросила показать мне предыдущие видео, мне сказали, что они стерты", - говорит Севиль.
Наргиз говорит, что тоже ходила к директору, пытаясь защитить Элину. После этого ее маме позвонила классный руководитель. "Она сказала: "Пусть ваша дочка не ходит, не защищает. А то у нее такие же проблемы будут с учениками, как у Элины", - вспоминает Наргиз. Классного руководителя отстранили от работы после самоубийства Элины. По ее телефону ответил мужчина, сказавший, что интервью она не дает.
Смерть Элины Гаджиевой всколыхнула Азербайджан. Под хэштэгами #ElinaÜçünSusma ("Не молчи ради Элины") и #BullinqəSon ("Конец буллингу") можно найти множество постов в поддержку девочки и личных историй о школьной травле. Люди пишут о том, как травили их самих, как травят их детей - за то, что "новенькая", "толстая", "добрая". Одна из матерей вспоминает, что на вопрос о том, почему издеваются над ее дочерью, в школе ей ответили, что ее дочь "тихая и культурная".
За жертв буллинга вступились как политики и общественные деятели Азербайджана, так и звезды шоу-бизнеса. Победительница "Евровидения" Нигяр Джамал призвала президента "сурово наказать виновных". "Спасите наших детей", - говорит она в обращении.
Статистика подростковых самоубийств в Азербайджане не ведется - ее нет ни у госкомстата, ни у государственного комитета по защите семьи, женщин и детей, ни у МВД и прокуратуры, ни у общественных организаций. Тем более невозможно оценить, сколько детей страдают из-за буллинга в школе.
Бывший директор нескольких школ и автор образовательных проектов Руфат Алиев рассказывает, что сталкивался с травлей как ученик, как учитель и как директор. По его словам, эти проблемы принято игнорировать, а когда не замечать уже невозможно - работники не знают, что делать.
"Учитель не заинтересован в том, чтобы учить ребенка, - иначе он останется голодным, так как рассчитывает на репетиторство, - тем более ему нет дела до эмоционального состояния ребенка", - говорит Алиев.
Классный руководитель, по его словам, как правило, знает о травле. "В этом случае учитель часто ведет себя непрофессионально: или ругает, или наказывает, - говорит Алиев. - Нужно уметь услышать, увидеть, уметь преподнести иные модели поведения, и этому нужно отдельно учить директоров и учителей".
Не работает и система школьных психологов: как рассказывает психолог Азад Исазаде, на 300-400 детей приходится один-два специалиста. В таких случаях они должны работать вместе с учителями и родителями, однако этого не происходит. "Они должны работать как команда, а сейчас каждый пытается перекинуть ответственность на другого", - говорит Исазаде.
Его слова подтверждает и бывший школьный психолог Эльмира, пожелавшая не называть своего настоящего имени. "Не было доверия - родители не доверяют школе, школа не доверяет родителям, они видят друг в друге если и не потенциальных врагов, то опасность. Они вели себя как представители враждующих армий, а ребенок в итоге попадает в ситуацию взаимного обмана и лицемерия".
После самоубийства Элины СМИ стали писать о других случаях насилия над детьми в школе. По словам общественного активиста Гюльнары Мехтиевой, смерть девочки заставила общество наконец заговорить о травле. "До случая с Элиной это никогда не было актуальной темой, никто не думал бить тревогу и это не связывали напрямую со школой", - говорит она.
По соцсетям разошлась история Лейлы Уджал, недолгое время проработавшей учительницей химии в пригородной школе-интернате. По ее словам, всего за две недели работы там она увидела, как работники школы бьют и унижают детей, плохо кормят и пренебрегают элементарной гигиеной. Она писала об этом еще в 2017 году, однако сейчас ее новый пост в "Фейсбуке" набрал 2,2 тысячи перепостов, на нее обратила внимание местная пресса. Два года назад Уджал написала жалобу в министерство образования; в ведомстве Би-би-си сообщили, что ее обращение все еще рассматривается.
Видео с мобильного телефона. Кабинет директора
Элина лежит на диване, чуть прикрытая разноцветным одеялом. Женский голос за кадром спрашивает: "Ты училась в 162 школе. Какая там была обстановка, как директор, как класс?" "Директор мне ничего плохого не делала, но там дети…" - с большим трудом отвечает Элина. Видео длится всего несколько секунд.
Позже выяснится, что допрашивала и снимала девочку председатель областной комиссии по работе с несовершеннолетними Халида Байрамова. В ответ на запрос независимого портала MeydanTV она рассказала, что приехала в школу в 11 утра - через час после того, как ей позвонила директор, и через два после того, что случилось с Элиной. По словам Байрамовой, скорую вызвала именно она - увидев раненую девочку и узнав о том, что этого еще не было сделано. Видео, утверждает чиновница, она снимала, чтобы обеспечить "максимальную прозрачность происходящего". Связаться с Халидой Байрамовой Би-би-си не удалось.
Камера видеонаблюдения. Школьный коридор
4 апреля, около 9 утра, перемена. По коридору вдоль окон не спеша проходит девочка. Она останавливается и смотрит на улицу. Никто не обращает на нее внимания. Слишком поздно ее заметит младшеклассник, и через несколько минут ее, еле живую, найдут на площадке перед школой.
Элина Гаджиева была новенькой; по рассказам одноклассницы, с ней никто не дружил. Единственная ее подруга из параллельного класса Наргиз (имя изменено) рассказывает, что Элину часто били другие ученики, в том числе из старших классов. "Когда она плакала в туалете, другие девочки над ней смеялись, - вспоминает Наргиз. - Я видела, как ее бил одиннадцатиклассник, видела, как ее унижали, толкали. Например, когда она шла по коридору, десять человек могли подойти, плюнуть или отнять очки".
Мать Элины, Севиль Гусейнова, говорит, что жаловалась на травлю дочери директору, но та не принимала никаких мер, утверждая, что по школе развешены камеры и все под контролем. "Когда я [после смерти Элины] попросила показать мне предыдущие видео, мне сказали, что они стерты", - говорит Севиль.
Наргиз говорит, что тоже ходила к директору, пытаясь защитить Элину. После этого ее маме позвонила классный руководитель. "Она сказала: "Пусть ваша дочка не ходит, не защищает. А то у нее такие же проблемы будут с учениками, как у Элины", - вспоминает Наргиз. Классного руководителя отстранили от работы после самоубийства Элины. По ее телефону ответил мужчина, сказавший, что интервью она не дает.
Смерть Элины Гаджиевой всколыхнула Азербайджан. Под хэштэгами #ElinaÜçünSusma ("Не молчи ради Элины") и #BullinqəSon ("Конец буллингу") можно найти множество постов в поддержку девочки и личных историй о школьной травле. Люди пишут о том, как травили их самих, как травят их детей - за то, что "новенькая", "толстая", "добрая". Одна из матерей вспоминает, что на вопрос о том, почему издеваются над ее дочерью, в школе ей ответили, что ее дочь "тихая и культурная".
За жертв буллинга вступились как политики и общественные деятели Азербайджана, так и звезды шоу-бизнеса. Победительница "Евровидения" Нигяр Джамал призвала президента "сурово наказать виновных". "Спасите наших детей", - говорит она в обращении.
Статистика подростковых самоубийств в Азербайджане не ведется - ее нет ни у госкомстата, ни у государственного комитета по защите семьи, женщин и детей, ни у МВД и прокуратуры, ни у общественных организаций. Тем более невозможно оценить, сколько детей страдают из-за буллинга в школе.
Бывший директор нескольких школ и автор образовательных проектов Руфат Алиев рассказывает, что сталкивался с травлей как ученик, как учитель и как директор. По его словам, эти проблемы принято игнорировать, а когда не замечать уже невозможно - работники не знают, что делать.
"Учитель не заинтересован в том, чтобы учить ребенка, - иначе он останется голодным, так как рассчитывает на репетиторство, - тем более ему нет дела до эмоционального состояния ребенка", - говорит Алиев.
Классный руководитель, по его словам, как правило, знает о травле. "В этом случае учитель часто ведет себя непрофессионально: или ругает, или наказывает, - говорит Алиев. - Нужно уметь услышать, увидеть, уметь преподнести иные модели поведения, и этому нужно отдельно учить директоров и учителей".
Не работает и система школьных психологов: как рассказывает психолог Азад Исазаде, на 300-400 детей приходится один-два специалиста. В таких случаях они должны работать вместе с учителями и родителями, однако этого не происходит. "Они должны работать как команда, а сейчас каждый пытается перекинуть ответственность на другого", - говорит Исазаде.
Его слова подтверждает и бывший школьный психолог Эльмира, пожелавшая не называть своего настоящего имени. "Не было доверия - родители не доверяют школе, школа не доверяет родителям, они видят друг в друге если и не потенциальных врагов, то опасность. Они вели себя как представители враждующих армий, а ребенок в итоге попадает в ситуацию взаимного обмана и лицемерия".
После самоубийства Элины СМИ стали писать о других случаях насилия над детьми в школе. По словам общественного активиста Гюльнары Мехтиевой, смерть девочки заставила общество наконец заговорить о травле. "До случая с Элиной это никогда не было актуальной темой, никто не думал бить тревогу и это не связывали напрямую со школой", - говорит она.
По соцсетям разошлась история Лейлы Уджал, недолгое время проработавшей учительницей химии в пригородной школе-интернате. По ее словам, всего за две недели работы там она увидела, как работники школы бьют и унижают детей, плохо кормят и пренебрегают элементарной гигиеной. Она писала об этом еще в 2017 году, однако сейчас ее новый пост в "Фейсбуке" набрал 2,2 тысячи перепостов, на нее обратила внимание местная пресса. Два года назад Уджал написала жалобу в министерство образования; в ведомстве Би-би-си сообщили, что ее обращение все еще рассматривается.
Видео с мобильного телефона. Кабинет директора
Элина лежит на диване, чуть прикрытая разноцветным одеялом. Женский голос за кадром спрашивает: "Ты училась в 162 школе. Какая там была обстановка, как директор, как класс?" "Директор мне ничего плохого не делала, но там дети…" - с большим трудом отвечает Элина. Видео длится всего несколько секунд.
Позже выяснится, что допрашивала и снимала девочку председатель областной комиссии по работе с несовершеннолетними Халида Байрамова. В ответ на запрос независимого портала MeydanTV она рассказала, что приехала в школу в 11 утра - через час после того, как ей позвонила директор, и через два после того, что случилось с Элиной. По словам Байрамовой, скорую вызвала именно она - увидев раненую девочку и узнав о том, что этого еще не было сделано. Видео, утверждает чиновница, она снимала, чтобы обеспечить "максимальную прозрачность происходящего". Связаться с Халидой Байрамовой Би-би-си не удалось.
Comments
Post a Comment